Философские анекдоты и истории

Современная философия

Философия XIX–XX веков — 1


Книга: «Философия с шуткой». Педро Гонсалес Калеро. Москва. 2010

Философия с шуткой.
О великих философах и их учениях

Автор: Калеро Педро Гонсалес.
Жанр: Философия, Прочий юмор.
Серии: Галилео.
Язык оригинальной книги: Испанский.
Переводчик: Матерновская Екатерина А.
Город печати: Москва.
Год печати: 2010 г.
ISBN: 978-5-389-00813-7

В своей веселой и при этом глубокой книге испанский ученый
и писатель Педро Гонсалес Калеро рассказывает об истории
философии, о том, над чем смеялись философы, и о том, как
смеялись над ними самими. Он приглашает читателя в увле -
кательное путешествие dо времени и пространстве, в гости
к Диогену, Конфуцию, Вольтеру. Дидро, Расселу, Хайдеггеру
и другим мыслителям прошлого.

Все истории и анедоты из этой книги (1-7 стр.)

Философия с шуткой

Артур Шопенгауэр (1788–1860). Немецкий философ.

Заговор невежд

Древнеиндийские философы подозревали, что мир, который мы привыкли считать реальным,
на самом деле иллюзия. В Ведах этот призрачный мир называется «завесой майи».
Настоящий мир от человека скрыт.


Эта теория пришлась по душе многим на Западе. Артур Шопенгауэр не сомневался в том,
что действительность, которую мы видим вокруг себя, — мираж, порожденный нашим сознанием.
Мы находимся в плену иллюзий, плотная завеса не позволяет разглядеть истину.

Но что скрывается за иллюзорным миром? Какова настоящая реальность?
Учитель Шопенгауэра Кант говорил, что мир — лишь наше представление о нем, а истинная
действительность для человека непознаваема.
В этом Шопенгауэр с ним не соглашался. Он считал, что в основе реального мира лежит акт
воли, непрерывный импульс, иррациональная сила.

Этой теории посвящена главная книга Шопенгауэра «Мир как воля и представление».
В нашем представлении мир предстает скоплением индивидов; однако воля (по мнению философа,
она и есть настоящий мир) всегда едина, хоть и предстает во множестве разных воплощений.
Шопенгауэр опубликовал «Мир как воля и представление» в тридцать лет, ни на миг не сомневаясь,
что написал фундаментальный труд, который тут же будет по достоинству оценен и непременно войдет
в историю философии. В действительности же книгу ждал ледяной прием. Философ еще много лет
прозябал в безвестности, в то время как величайшим философом эпохи считался презираемый им Гегель.
В оправдание своей неудачи он приводил афоризм Лихтенберга: «Если при ударе книгой о голову
раздается пустой звук, стоит ли винить в этом книгу?».

Артур Шопенгауэр (1788–1860). Немецкий философ.



Хосе Ортега-и-Гассет (1883-1955). Испанский философ.

Нечто большее, чем простая гипербола

Шопенгауэр, старый брюзга, которого Ортега назвал «морщинистым
гигантом с желчью вместо крови»
, был большим пессимистом во всем,
что касалось человеческой природы.
Он полагал, что все мы по натуре эгоисты, и моральные нормы —
единственное средство защиты от жестокости и зависти ближнего.


«Рассуждая об эгоизме, — писал он, — я придумал замечательную гиперболу:
„Для большинства людей совершить убийство так же легко, как стряхнуть
  грязь со своих сапог“.
И тут же понял, что никакая это не гипербола».

Хосе Ортега-и-Гассет (1883-1955).
Испанский философ.



Карикатура: «Гости». Сергей Корсун.

Слишком много свекровей

Шопенгауэр считал полигамию более естественной и гуманной, чем моногамия.
Среди аргументов в защиту многоженства он приводил и такой:
«Полигамия позволяет не сближаться чересчур с родителями жены, которые
имеют обыкновение вмешиваться в семейную жизнь детей и вполне способны
разрушить ее до основания. Однако, — добавлял философ, поразмыслив, —
десять свекровей взамен одной — это уж чересчур».

Карикатура: «Гости».
Сергей Корсун.

Сергей Корсун: «Гости»

Артур Шопенгауэр (1788–1860). Иллюстрация Энтони Гарнера.

Свет и скорпионы

Признание пришло к Шопенгауэру в последние годы жизни.
В то время с ним пытался сблизиться один известный в Германии
профессор философии, но мыслитель решительно и даже грубо
отклонил его дружбу, заявив, что сияние столь яркого светила
ослепляет его, вынуждая поступить по примеру скорпиона,
которого вытащили на свет и не дают вернуться в спасительную
темноту, то есть отравиться собственным ядом.

Незадачливый профессор пал жертвой ненависти, которую Шопенгауэр
питал к ученой братии. Незадолго до смерти он произнес:
«Мне не жаль, что тело мое пойдет на корм червям. Куда страшнее,
что всякие профессора станут копаться в моих книгах».

(+)Артур Шопенгауэр (1788–1860).
Иллюстрация Энтони Гарнера.



Карикатура. Рогоносец. Алексей Меринов.

Нет моногамии

Шопенгауэр не видел в моногамии никакой добродетели,
напротив, считал ее противоестественной.
«В молодости, — писал он, — мужчине требуется слишком
много, а с годами все меньше. Женщине же наоборот.
Потому большинство мужчин в молодости распутники, а
к старости рогоносцы».

Карикатура. Рогоносец.
Алексей Меринов.

Галерея Алексея Меринова

Картина: «Аптекарь Абрахам Франкен», 1657 г. Рембрант (1606-1669).

Четвероякий корень

Первый труд Шопенгауэра (за который он получил степень доктора)
назывался «О четверояком корне закона достаточного основания».
Только что вышедшую книгу он сразу же с гордостью показал матери,
тоже писательнице, с которой в те времена был очень дружен
(вскоре от этой дружбы не осталось и следа).
Прочтя название, мать поморщилась:
— Что это еще за четвероякий корень? Или ты написал
    пособие для аптекарей?

(+)Картина: «Аптекарь Абрахам Франкен»,
1657 г. Рембрант (1606-1669).

Поблизости жил друг Рембрандта Абрахам Франсен,
аптекарь и коллекционер...



Фото: «Садовники тоже шутят». Фотограф Андрей Лекарев.

Шопенгауэр и садовник

Шопенгауэр, как известно, считал, что в основе мира лежит воля.
Эта воля выражена в каждой вещи (и, разумеется, в каждом человеке),
и через них обращается к нам, но чтобы услышать ее зов, нужно отрешиться
от себя. Полностью отказаться от собственной воли.
Другими словами, чтобы постичь тайну бытия, нужно преодолеть тесные границы
собственной личности и превратиться в нечто вроде «мирового ока».

Сафрански рассказывает, как однажды, гуляя по Дрезденскому ботаническому саду,
Шопенгауэр надолго застыл у клумбы с цветами и благоговейно их разглядывал,
словно внимая одному ему слышным голосам. Приметив странного господина, садовник
подошел к нему и поинтересовался, кто он и что, собственно говоря, делает возле клумбы.
Кто я такой? — переспросил Шопенгауэр. — Если бы вы мне сказали,
    я был бы вам очень благодарен.

(+)Фото: «Садовники тоже шутят». Фотограф Андрей Лекарев.

Ботанический сад кантона Тичино на островах Бриссаго. Швейцария.

        Садовники тоже шутят

Фото: «Собачья преданность». Cело Тыйглаш Ужгородского района в Украине.

Собачья преданность

У Шопенгауэра был неуживчивый характер.
Неудивительно, что за всю жизнь он так и не обзавелся
друзьями.

Впрочем, самого философа это нисколько не волновало.
Наоборот, он видел в отсутствии друзей повод для гордости.
«Тот, кто оценивает ближнего по количеству друзей, ничего
не смыслит в человеческой природе, — утверждал философ. —
Дружба не медаль за особые заслуги! Собаки преданы тому, кто
их ласкает и кормит. Так и с людьми. Много друзей у того, кто
умеет вовремя потрепать по загривку, будь он даже сто раз
негодяем».

(+)Фото: «Собачья преданность».
Cело Тыйглаш Ужгородского района в Украине.

Собачья преданность        Невероятная История!

Фильм: «Человек и его собака». 2008 г. Жан-Поль Бельмондо.

Собака Шопенгауэра

Шопенгауэр до конца своих дней оставался неисправимым мизантропом.
С возрастом он окончательно превратился в старого брюзгу, который
легче находил общий язык с псом по кличке Бутц, чем со своими
собратьями по виду. С собакой философ обращался куда лучше, чем с
людьми, и порой беседовал с ней так, будто животное понимало его слова.
Разумеется, время от времени он сердился на пса. И в сердцах бросал ему
самое страшное оскорбление: «Человек!»

(+)Фильм: «Человек и его собака». 2008 г.
Страна: Франция, Италия.
Жан-Поль Бельмондо.